Не в силе Бог, но в правде!..

К 100-летию Первой мировой войны 

11 ноября мировое сообщество отмечает День памяти погибших в Первой мировой войне. В этот день в 1918 году было подписано Компьенское перемирие, которое означало капитуляцию Германии. Первая  мировая война, которая длилась более четырёх лет, считалась оконченной.

В канун столетия окончания Первой мировой войны (11 ноября) я вспомнил рассказ Анатолия Алексеевича Говоркова, старшего брата моего отца, – участника двух мировых войн, заслуженного учителя РСФСР, Георгиевского кавалера и кавалера ордена «Знак Почёта», принимавшего непосредственное участие в боевых действиях в Первой мировой войне.

В ней погибли более десяти миллионов человек, свыше двадцати пяти миллионов ранены и искалечены.

Анатолий Алексеевич родился 26 января 1895 года в семье священника Алексея Ивановича Говоркова, в селе Усть-Нейское Макарьевского уезда Костромской губернии, где Алексей Иванович после успешного окончания Костромской духовной семинарии получил приход и служил в Воскресенской церкви.

Его отец, дед, прадед были священниками, и матушка Лариса Фёдоровна, его супруга (в девичестве Невская) была из семьи священника.

Дядя Толя был старшим из четверых детей в семье Говорковых.

В их доме была богатейшая библиотека с церковными книгами, художественной литературой и литературой по естественным наукам, что оказало влияние на судьбу детей, которые в дальнейшем все стали педагогами.

Также в выборе их профессии сказалось и то, что помимо основной церковной деятельности мой дедушка состоял законоучителем, а затем заведующим Усть-Нейской церковно-приходской школы, а с 1907 года – наймодателем церковных школ Макарьевского уезда.

После окончания церковно-приходской школы, учёбы в Макарьевском духовном училище и гимназии, успешно сдав вступительные экзамены, Анатолий поступил учиться в Императорский Санкт-Петербургский университет на физико-математический факультет. 

1 августа 1914 года Россия была втянута в Первую мировую войну. Российская общественность тогда неоднозначно восприняла это трагическое событие, и, как вспоминал Анатолий Алексеевич Говорков, среди студенческой молодёжи России и активной части населения патриотический дух был на высоком уровне, что способствовало широкому добровольческому движению по отстаиванию интересов Российской Империи на полях сражений.

Сразу после окончания университета в 1916 году, получив благословение родителей, мой дядя добровольцем ушёл на войну. 

На фронтах Первой мировой шли ожесточённые бои. Анатолий Алексеевич был в то время крепкого телосложения, ходил в штыковые атаки и «за службу и храбрость» был награждён высшим знаком отличия солдатской славы – Георгиевским крестом.

Во время одной из таких атак он получил тяжёлое ранение в живот широким австрийским штыком.

Вот как об этом рассказывал нам сам Анатолий Алексеевич, когда я со своим младшим братом Дмитрием гостил у него в 1960 году в волжском посёлке Катунки, где он проживал с семьёй с незапамятных времён, работая вначале учителем физики и математики в школе, а затем её директором: 

«После боя на поле сражения появилась санитарная команда во главе с полковым фельдшером. Убитых грузили на подводы, а раненых осматривали и направляли, в зависимости от тяжести ранения, кого в госпиталь, кого в лазарет.

Фельдшер задрал мою гимнастёрку и, увидев рану, сказал: «Этого трогать и отправлять никуда не надо, он нетранспортабельный и в любое время может умереть».

А мне так сделалось обидно: очень хотелось жить. Я схватил обеими руками его ногу и не отпускаю.

Он начал ругаться, трясти ногой, пытаясь вырваться из моих объятий, но я не отпускал. И откуда только силы взялись!

Тогда он подумал и сказал: «А, чёрт с ним, везите его в госпиталь».

Ранение оказалось действительно очень тяжёлым, и я провалялся по госпиталям около года, перенёс несколько операций.

Началось воспаление, но я чудом выжил. Ранение в живот в то время считалось смертельным. Видимо, мне помогли молитвы моих родителей и отменное деревенское здоровье». 

Весной 1918 года Анатолий Алексеевич выписался из госпиталя, и они вместе с приятелем, который был тяжело ранен и контужен, вышли на улицу.

Мой дядя рассказывал: 

«Идём мы с другом по городскому парку, к нам подходят два красноармейца с красными повязками на рукавах и винтовками за плечами.

Стали проверять у нас документы. Мы были в военной форме, а мой напарник-поручик в офицерской шинели.

Один из красноармейцев назвал моего приятеля белогвардейской шкурой, на что тот ответил, что он воевал с врагами Отечества, кормил вшей в окопах и проливал кровь. «А ты, тыловая крыса, на печи отсиживался».

Он плюнул красноармейцу в лицо и ударил его. Тогда красноармеец вскинул винтовку и застрелил своего обидчика прямо на улице». 

А дядю Толю, «за соучастие в нападении на патруль», забрали и отвели вначале в комендатуру, а затем в тюрьму.

Там его поместили в одну камеру вместе с уголовниками. Те выяснили, кто он и по какой причине оказался в их компании.

После уточнения подробностей постояльцы камеры подняли невообразимый шум, на который явился надзиратель и начал выяснять причину скандала.

Уголовники стали требовать начальника тюрьмы и не успокоились, пока тот к ним не явился.

В разговоре с ним те заявили, что они действительно нарушили закон: одних забрали за драку, других – за кражу, а иных и вовсе за убийство.

«А этого-то за что? – спросил начальник тюрьмы, показывая на Анатолия Алексеевича.

– Он раненый, герой Отечества, воевал на фронте, и держать его в тюрьме несправедливо».

Так, благодаря настоятельным требованиям тюремных сидельцев дядю Толю выпустили из тюрьмы.

Как он потом говорил, чувство справедливости даже среди уголовников считалось высшим законом.

Вообще, справедливость для русского человека во все времена была самой высокой мерой его порядочности и ассоциировалась со словом «правда».

«Не в силе Бог, но в правде!» – так жизнеутверждающе, словами святого благоверного князя Александра Невского, которого он считал своим небесным покровителем, закончил свой рассказ Анатолий Алексеевич, которого мы с братом Дмитрием слушали как заворожённые с большим вниманием, боясь пропустить хоть слово.

Этот рассказ буквально до мелочей, сохранился в моей памяти. 

Анатолию Алексеевичу Говоркову довелось ещё раз принять участие в боевых баталиях, на этот раз уже на фронтах Великой Отечественной, когда, несмотря на непризывной возраст и подорванное здоровье (ему в то время шёл 48-й год), в связи с резким обострением боевой обстановки осенью 1942-го он был мобилизован на Сталинградский фронт, где в районе города Красноармейска, получив тяжёлое ранение и контузию, после госпиталя был комиссован и отправлен домой в Катунки.

Здесь он продолжил учительствовать вплоть до ухода на заслуженный отдых. Умер Анатолий Алексеевич в феврале 1987 года в возрасте 92 лет.

На верхнем снимке: 1914 год. Семья Говорковых. Слева направо: Иван Алексеевич; Алексей Иванович; Таисия Алексеевна; Лариса Фёдоровна (в девич. Невская); Анатолий Алексеевич; Николай Алексеевич (мой отец).

Юрий ГОВОРКОВ